March 18th, 2018

Нейробиологическое подтверждение теории справедливости

Тема равенства и справедливости имеет большую историю изучения разными науками. В психологии, например, даже есть теория справедливости, в соответствии с которой человек стремится к справедливому распределению ресурсов. Например, если работник видит, что его оценивают и вознаграждают справедливо, т.е. на основе его реального вклада, то это способствует его мотивации продолжать выполнять эту работу и быть продуктивным. А если он считает, что его оценка несправедлива, то будет стремиться устранить несправедливость.

Эта теория довольно хорошо исследована. Многие исследования подтверждают важность справедливого распределения ресурсов, особенно в ситуациях, когда возникает несправедливость не в пользу нас, т.е. недоплата. Но чаще всего эти исследования рассматривают поведенческий уровень или уровень установок. Недавно в журнале PNAS вышла статья Equity theory and fair inequality: A neuroeconomic study [1], подтверждающая важную роль справедливости на нейробиологическом уровне.

Эксперимент состоял из двух фаз: предварительная фаза и фаза сканирования. В первой фазе 47 испытуемых должны были выполнять офисную работу (делать записи в базе данных, клеить конверты). Их случайно разделили на три группы: 23 из них работали 60 минут, 12 работали 30 минут, остальные 12 – 90 минут. Всем сказали, что плата за работу будет основываться на ставке 500 норвежских крон в час, но случайный фактор может вносить изменения, и их окончательная зарплата необязательно будет полностью соответствовать этой ставке.

В фазе сканирования участников помещали в МРТ сканер, где они должны были выполнять некоторое задание. Перед этим их объединили в пары так, чтобы сумма рабочего времени составляла 120 минут, а зарплата – 1000 крон. Таким образом, создались три условия: в условии 30:90 сканируемый испытуемый работал 30 минут (25% от общей суммы рабочего времени), в условии 60:60 он работал 60 минут (50%), в условии 90:30 – 90 минут (75%). Во время сканирования мозга испытуемые должны были оценивать различные возможные варианты распределения вознаграждения между участниками своей пары, всего был 51 вариант распределения 1000 крон между двумя людьми. Все испытуемые знали о вкладе друг друга в общее время работы.

Хитрость этого экспериментального дизайна в том, что в зависимости от условия испытуемые должны по-разному оценивать увеличение собственного вознаграждения. В условии 30:90 они должны радоваться возможности получить большее вознаграждение, но поскольку это связано с увеличением отклонения от справедливого распределения, это должно оцениваться негативно. В условии 90:30 увеличение собственного вознаграждения связано как с возможностью получить больше денег, так и с уменьшением отклонения от справедливого распределения (по крайней мере до тех пор, пока вознаграждение меньше 750 крон). Таким образом, если теория справедливости верна, то 1) в условии 90:30 испытуемые должны позитивнее оценивать увеличение своего вознаграждения в интервале от 250 до 750 крон, чем испытуемые в условии 30:90, 2) в условии 60:60 испытуемые также должны позитивнее оценивать увеличение своего вознаграждения в интервале от 250 до 500 крон, чем испытуемые в условии 30:90, 3) и негативнее, чем испытуемые в условии 90:30 в интервале от 500 до 750 крон. На рисунке показаны оценки испытуемых в каждом из условий.

Результаты показали, что оценки испытуемых из разных групп отличаются. Во-первых, хорошо видно, что испытуемые очень остро чувствуют недооценку собственного вознаграждения (оценки лежат на негативной стороне шкалы, а связь между величиной вознаграждения и оценкой на этих промежутках линейная). Во-вторых, после достижения справедливого разделения оценки в разных группах начинают различаться. Чем большим был вклад испытуемого, тем позитивнее он оценивает неравенство в свою пользу.

Сходные результаты дал анализ фМРТ. Во время оценки испытуемыми возможных вариантов распределения вознаграждения анализировалась активность их полосатого тела (стриатума). Эта зона мозга играет ключевую роль в эмоциональное регуляции поведения. Предыдущие исследования показали, что его активность связана с социальными предпочтениями и моральным выбором.

Результаты сравнения активности страитума у испытуемых из трёх групп показали наличие более сильной активности в ответ на рост вознаграждения в условии 90:30, чем в условии 30:90. Это означает, что испытуемые реагировали именно на отклонение от пропорционального распределения вознаграждения на основе индивидуальных вкладов, а не просто на отклонение от равного распределения вознаграждения.

Таким образом, тезис теории равенства подтверждается на нейробиологическом уровне. Справедливое распределение вознаграждения, основанное на индивидуальном вкладе каждого, имеет для нас большое значение. Напомню, что испытуемыми были норвежские студенты экономического вуза, поэтому распространять этот вывод на всех людей пока трудно. Существуют теоретические основания, предполагающие наличие культурных различий, влияющих на действия теории справедливости, например, в том, как люди оценивают вклад и вознаграждение, и кого они выбирают для сравнения [2]. Интересно, воспроизведутся ли эти результаты на испытуемых из самых коллективистских стран. Если да, то это будет ещё одним серьёзным (на этот раз нейробиологическим) основанием для пересмотра современной западной социальной политики с её большими социальными пособиями для неработающих, которые платятся из денег тех, кто работает много.

_______________________________________________
[1] Cappelen, A. W., Eichele, T., Hugdahl, K., Specht, K., Sørensen, E. Ø., & Tungodden, B. (2014). Equity theory and fair inequality: A neuroeconomic study. Proceedings of the National Academy of Sciences, 111(43), 15368–15372. doi:10.1073/pnas.1414602111

[2] Bolino, M. C., & Turnley, W. H. (2008). Old faces, new places: Equity theory in cross-cultural contexts. Journal of Organizational Behavior, 29(1), 29–50. doi:10.1002/job.454


Пост написал Андрей Ловаков

    А что, если темная материя – это не частицы?



    Все, что мы когда-либо наблюдали во Вселенной, от материи до излучения, можно разложить на малейшие составляющие. Все в этом мире состоит из атомов, которые состоят из нуклонов и электронов, а нуклоны делятся на кварки и глюоны. Свет тоже состоит из частиц: фотонов. Даже гравитационные волны, в теории, состоят из гравитонов: частиц, которые мы однажды, если повезет, найдем и зафиксируем. Но что с темной материей? Косвенные доказательства ее существования невозможно отрицать. Но должна ли она также состоять из частиц?

    Мы привыкли считать, что темная материя состоит из частиц, и безнадежно пытаемся их обнаружить. Но что, если мы ищем не то и не там?

    Если темную энергию можно интерпретировать как энергию, присущую самой ткани пространства, может ли быть так, что “темная материя» также является внутренней функцией самого пространства – тесно или отдаленно связанной с темной энергией? И что вместо темной материи гравитационные эффекты, которые могли бы объяснить наши наблюдения, будут больше обусловлены «темной массой»?

    Что ж, специально для вас физик Итан Зигель разложил по полочкам наши теоретические подходы и возможные варианты развития событий.

    Одна из самых интересных особенностей Вселенной заключается в соотношении один к одному между тем, что есть во Вселенной, и тем, как меняется скорость расширения с течением времени. Благодаря множеству тщательных измерений многих разрозненных источников – звезд, галактик, сверхновых, космического микроволнового фона и крупномасштабных структур Вселенной – мы смогли измерить и то и другое, определив, из чего состоит Вселенная. В принципе, есть много разных представлений о том, из чего может состоять наша Вселенная, и все они по-разному влияют на космическое расширение.
    Collapse )

    Это же какая красота


    Храм Рождества Пресвятой Богородицы. Московская область, Истринский район, село Надовражино. Храм построен Товариществом реставраторов мастерских Андрея Анисимова на месте снесенного в советские годы храма. Освящен 1 сентября 2001 года архимандритом Тихоном (Шевкуновым)
    Фото: Максим Серегин.