August 19th, 2018

Про луносрач

Виталий Насенник

Почему дискуссии в интернете превращаются в срачи?

Это когда вместо спора начинается демагогия, софистика, эристика, рабулистика, хамство и т.д. Этому явлению на Лурке посвящена целая статья. Анализом причин срача она, конечно, не занимается, но перечисляет самые популярные срачи. Из них меня особо интересует луносрач (летали американцы на Луну или нет?). Я сейчас не хочу никому ничего доказывать, я изучаю поведение участников луносрача, пытаюсь разобраться в психологических механизмах этого явления. Ни в коем случае не претендуя ни на глубину, ни на полноту, ни на широту этого исследования хочу собрать в одном месте отдельные наблюдения, может, кого-то из специалистов (психологов или социологов) это заинтересует. А, может, все эти механизмы им давным-давно известны, и они сочтут возможным дополнить картину какими-то ещё фрагментами мозаики.

Collapse )


orang

Как в 1971 году Никсон превратил деньги в фантики

Александр Запольскис
Сорок семь лет назад, 15 августа 1971 года, забилась в агонии  Бреттон-Вудская глобальная валютная система. И все стало намного хуже.

То, что вы получаете в качестве зарплаты или другого дохода, – это не  деньги. Доллары, евро, юани, рубли в действительности являются просто  осязаемым олицетворением доверия. Деньги как инструмент возникли из  необходимости иметь некий удобный общий знаменатель, позволяющий не  только конвертировать все существующие товары и услуги друг в друга, но и  накапливать стоимость на будущее.

Клад бумажных денег, скажем, времен Екатерины Великой, представляет  интерес разве что для небольшого числа коллекционеров. Да и то,  возможно, негативный, так как появление новых купюр автоматически  снижает ценность имеющихся. А такой же по номиналу клад, но, например, в  золотых монетах, а еще лучше в мерных слитках, обеспечит нашедшему  богатство сегодня, несмотря на то, что накоплено оно было два с  половиной века назад.

Непреодолимый соблазн эмиссии

Изначально в системе «бумажных денег» все было просто и логично.  Каждая купюра официально обеспечена заранее объявленным неизменным  количеством конкретного драгметалла. Берем имеющийся его запас, делим на  норматив, получаем предельную сумму денег. В теории. На практике  возникло множество проблем.

Главная из них – непрозрачность масштаба экономики в целом. Сколько  банк выпустил бумажных денег, на самом деле знает только он сам, но  делиться цифрой он обычно не торопится. Даже если банк центральный и  государственный, а правительству срочно требуется профинансировать  что-нибудь крупное и важное. Например, войну.

Весьма показательна история французского франка, начиная со второй  половины XVIII века. К примеру, в декабре 1792 года поступления в казну  составили 39 млн ливров, в то время как одни военные расходы составили  228 млн ливров. В 1791 году ежемесячно печатали около 66 млн ливров,  начиная с конца 1792 года – около 444 млн ливров, а в 1795 году  ежемесячный выпуск составил 940 млн. Всего через четыре года на руках  населения оказалась бумажная сумма в размере около 37 млрд франков, что  превышало официальные поступления в казну почти в 100 раз!

Точной стоимости денег не понимал уже никто. Это разгоняло инфляцию и  делало невозможным любое, даже краткосрочное бизнес-планирование, тем  самым останавливая не только перспективные инвестиционные, но и текущие  бизнес-процессы. Кроме, конечно, самых необходимых, вроде производства  продовольствия и выполнения заказов госказны, но и там инфляция съедала  все. Как следствие – общее тотальное обнищание, вспышки голода и  беспорядки.

Важно отметить, что с бумажными деньгами мошенничали не только  французы. Точно на те же грабли наступали почти все страны мира. Все  попытки перезапустить систему через выпуск «новых, на этот раз  правильных и дисциплинированных денег» давали лишь кратковременный  успех. Спустя некоторое время история повторялась. В особенности с конца  XIX – начала ХХ века, по мере расширения масштабов внешней торговли как  метрополий со своими колониями, так и между самими колониальными  системами. Слишком велик оказался соблазн компенсировать отрицательное  сальдо торгового баланса простым печатанием «денег из воздуха», просто  опираясь на доверие к ним.

Как забрать все деньги себе

Первыми вернуть привязку денег к инструменту стоимости предприняли  британцы, официально приравняв стоимость одного «британского фунта  стерлингов» (в ассигнациях) к 123,27 каратам золота в 1816 году. В  течение следующих 10 лет денежная единица Великобритании превратилась в  общепризнанную резервную валюту мира. Успех оказался настолько  очевидным, что с 1837 года на эту систему перешли США, с 1875-го –  Франция, а вообще «весь цивилизованный мир» о принципах золотого  стандарта договорился на Парижской конференции 1867 года.

Основой «джентльменского соглашения» являлось наличие значительных  золотых запасов у всех ведущих стран. Однако английская промышленная  революция в сочетании с поражением Франции в период Наполеоновских войн  быстро вывела Великобританию в промышленные лидеры, тем самым вызвав  процесс перераспределения мирового запаса золота в ее пользу. Нет,  физически слитки перемещались редко, хотя такое тоже случалось. Но чаще  все сводилось к подписанию государствами долговых обязательств,  обеспеченных имеющимся у них количеством золота.

Так, формально слитки ни у кого не забирая, Британия превратилась в  фундаментальную основу мировой экономики и стала извлекать из этого  ощутимую дополнительную выгоду. Дорогой фунт позволял успешно скупать  интересные активы, тем самым подгребая под себя приносимую ими прибыль.  Ее оказалось очень много, что стало, как сегодня принято говорить,  мощным дополнительным драйвером экономического роста, что еще сильнее  укрепляло веру в финансовый вес британского фунта.

Но это же «дополнительное богатство» породило в Лондоне уверенность,  что счастье будет длиться вечно, а все необходимое для жизни Британия в  любой момент сможет купить за деньги. В результате уже к 1895 году  сальдо внешнеторгового баланса ушло в стабильный минус, и золото стало  утекать с Британских островов.

Финансовым победителем из этой истории вышли США, бенефициары обеих  мировых войн. Благодаря перемещению золота на хранение, а также расчетам  по поставкам (включая ленд-лиз), Америка уже к 1942 году сосредоточила у  себя свыше 20 тыс. тонн золотого запаса из примерно 28 тыс. т. общего  объема золота в западных странах и 37-42 тыс. т. всего количества  желтого металла, вообще добытого на планете на тот момент.

Тут-то Соединенные Штаты и «предложили» миру новую всеобщую  финансовую схему. В июле 1944 года в курортном городке Бреттон-Вудс, что  в штате Нью-Гемпшир, состоялась международная конференция, на которой  доллар официально приравнивался к 0,88571 грамма золота (35 долларов за  тройскую унцию), а все остальные валюты собственного обеспечения золотом  не имели и просто привязывались к доллару по жесткому, неизменяемому  курсу. Находившиеся в глубокой долговой яме партнеры США были вынуждены  принять эту схему – в отличие от Советского Союза.

Тем самым Вашингтон не только получил официальную возможность  экономически наживаться на своих союзниках, но и обрел инструмент почти  безграничного внешнеполитического влияния.

Крысы побежали с корабля

Однако, получив финансовую власть над всем миром, доллар не сумел  обойти системные проблемы золотого стандарта. Главную валюту планеты  американцы начали активно тратить на скупку всего, до чего могли  дотянуться – товаров, влияния, новых союзников.

Только по одному плану Маршалла США всего за три года вложили в  Европу 13 млрд еще тех, полновесных долларов. Если их пересчитать на  золото, то выйдет 11,5 тыс. т. золота, стоимость которого сегодня  равняется 488 млрд «современных» долларов.

Использовать деньги для скупки активов ради получения права на долю в  их прибыли – стандартная практика всей системы капитализма. Но вместе с  профитом росли и проблемы. С восстановлением экономики Европы и СССР  доля США в совокупном промышленном производстве постепенно снижалась, а  дорогой доллар долго не позволял заметить, что торговый баланс Штатов  начинает приближаться к нулевой отметке с явной тенденцией уйти за нее.

Негатив маскировался огромным спросом на американские товары, а,  значит, и на сами доллары, которые ничто не мешало просто допечатывать  по мере надобности. Богатая страна, безоговорочный лидер западного мира,  пользующийся всеобщим доверием, она ведь не может обманывать, верно?

В результате к середине 1960-х сумма долларов, обращавшихся за  рубежом, при пересчете в золото стоила уже больше, чем его официально  имелось в США. А тут еще инвестиционные программы привели к  восстановлению промпроизводства в Европе и Японии, что породило  расширение их торговли между собой – там можно было обходиться и без  доллара. Плюс к тому США увязли в оказавшейся чрезвычайно дорогой войне  во Вьетнаме, на которую пришлось потратить 352 млрд «тех» долларов или  311 тыс. (!) тонн золота, которого в Америке, да и во всем мире на тот  момент точно не существовало.

Экономически окрепшие союзники США обнаглели до такой степени, что  стали замечать очевидное расхождение в цифрах. К тому же рост долларовой  денежной массы по правилам Бреттон-Вудса вынуждал их допечатывать и  собственные деньги, разгоняя инфляцию.

Как закономерный результат – крысы побежали с корабля. В 1971-м  Западная Германия предъявила к обмену 5 млрд долларов и из соглашения  вышла. Так у Берлина «появились» 4417 тонн своего золота, которое, тем  не менее, США им тогда не отдали, оставив у себя «на хранении», и  которые Германия выцарапывает с этого «хранения» до сих пор. Но  последней соломинкой, переломившей хребет верблюду, оказалась Франция,  накопившая для аналогичного обмена 500 млн долларов. А еще были  Нидерланды, Бельгия и длинный список других стран.

Из денег в фантики

Вариантов спасения просматривалось ровно два.

Можно было попытаться все оставить как есть, просто девальвировав  доллар. Но расчеты показывали, что для возврата стоимостной адекватности  урезать его требовалось минимум на 90%. Не то чтобы такое выглядело  невозможным, однако подобный шаг автоматически обрушивал всю мировую  финансовую систему – знаменитая Великая депрессия показалась бы периодом  расцвета и благоденствия.

И можно было отказаться от золотого стандарта вообще.

В воскресенье, 15 августа 1971 года, телетрансляция популярного  американского шоу «Бонанза» была прервана ради выступления президента  Ричарда Никсона. Никсон рассказал о том, что волновало каждого  американца – о введении контроля над ценами, призванного обуздать  инфляцию. Также он сообщил, что для защиты американской промышленности  добавляет 10% пошлину на все ввозные товары (нечто подобное делает  сейчас Дональд Трамп). А заодно Никсон упомянул, что США «временно»  запрещают обмен долларов на золото.

Больше никакие Германии и Франции не могли выкупить у США золото в  обмен на зеленые бумажки. Что мог сделать мир? Мир утерся. Потом  «временный» запрет был продлен, потом произошла одна, вторая девальвация  доллара, и, наконец, в 1976 году Вашингтон официально от золотого  стандарта отказался, заодно выйдя и из Бреттон-Вудского соглашения.

Так закончилась эра, в которой хотя бы базовая валюта ограничивалась  размером золотого запаса, и начался тот мир, в котором мы живем сегодня.  Он называется Ямайским, по месту проведения международной валютной  конференции в 1976 году. Впрочем, официально считается, что окончательно  она заработала с 1978-го, а значит, в этом году отмечает свой  сорокалетний юбилей.

В ней деньги полностью утратили функцию сохранения и консервации  стоимости, став просто инструментом для сиюминутных взаиморасчетов. Их  стоимость теперь держится исключительно на доверии потребителей. Зато  появилась возможность это доверие сравнивать между собой. К какой-либо  реальной стоимости современные обменные котировки отношения не имеют.  Совсем. Зато печатать денег можно много. Сколько угодно.

К настоящему моменту американские финансисты загнали до заоблачных  высот как размер ВВП, так и сумму долга. Причем ее динамика наглядно  показывает, что расти дальше экономике объективно некуда, но будучи  принципиально заточенной исключительно на рост, капиталистическая  система, как колесо, рухнет, если остановится. Программы «количественных  смягчений» (еще известные как QE, а по сути, означающие просто  допечатывание денег из воздуха) больше не помогают, лишь еще сильнее  повышая риск схлопывания надутого пузыря.

Сегодня уже никто не может точно сказать, что сколько в этом мире  стоит в реальности. Каждый сложившийся экономический кластер – США,  Китай, зона Евро, мы, прочие страны БРИКС и государства, вообще никуда  не входящие, – норовит пытаться играть «стоимостью» своих денег почти по  наитию, руководствуясь лишь сиюминутными представлениями. К чему  приводят ошибки, можно посмотреть на примере Венесуэлы.

Впрочем, как говорят китайцы, любой кризис есть сочетание риска и  возможностей. Может быть, если остановится эта «экономика бесконечного  роста», тогда, пусть и не сразу, пусть и не безболезненно, однако  появится возможность все же вернуть ее в адекватное русло? В то, где  ценится результат труда, а не банковского процента, и в котором  создаваемую в течение жизни ценность можно будет снова накапливать,  приумножая реальное собственное богатство, а не проматывать все до  копейки, до цента, до последнего грана (1/480 тройской унции) в безумном  и безграничном потреблении? Кто знает...


Скребет украинская кошка на свой хребет



На Украине задержали очередное российское судно на три года. По сути - прямой акт агрессии, без разницы к какому праву апеллировать, морскому, международному, любому. Вопрос, на кой владелец судна отправил его в свидомое Сомали тоже остается, но он второстепенен.

Ответку спрогнозировать несложно, по крайней мере внешнюю. Это продолжение удушения украинского судоходства в Азовском море. Уже окончательное. Что будет довеском, кто же знает. Что Путин обсуждал с Меркель и главой МИД Австрии? Ну газопровод в Германию понятно, но вряд ли только его.

В 2015 году во время поездки в Москву я видел в метро украинца. В шароварах, с чубом, в вышиванке. Какой-то болезный высказывал протест. Стоял в метро, а люди смеялись и обходили его. Сам себе наверняка казался героем, а как же, в самом что ни на есть логове москалей в вышиванке вылез. А в глазах окружающих был клоуном. Которого лучше обойти, вдруг покусает или заразный.

Также в глазах всего мирового сообщества сегодня выглядит вся Украина. Полоумная страна, жалкой шавкой гавкающая на всех, с татуировкой свастики на заднице. Мокрая, вонючая, больная внешне и внутренне.

уничтожение наемного труда и частной собственности

Недостающее, и по этому новое, знание в том, что в рамках товарного производства возможно преодоление противоречия между трудом и капиталом без абсолютизации одной из сторон, в марксистской традиции - рабочего класса.
Решение - в пропорциональном распределении дохода и преодолении тем самым и наёмного труда, и частной собственности на средства производства.
И это новое знание пока не стало общим местом ни в экспертном, ни в бизнес - сообществе, ни в политической элите, ни в среде работников...
Все недорабатывают - президент в том, что не ставит эти вопросы, предприниматель в том, что пренебрегает потенциалом трудового коллектива, работник в том, что далёк от взятия ответственности за применяемые средства производства.
Виноваты все и никто. Правовые рамки нынешней системы - как скорлупа для цыплёнка, кто больше виноват. что никак вылупиться не может? Нужны усилия ...
Слабые движения есть - народные предприятия. Митинги-протесты деструктивны, так как ни лозунги, ни цели их не имеют ничего общего с реальными решениями.
При согласованных усилиях власти, СМИ и существующих общественных институтов все проблемы мы сможем решить за год-другой. При несогласованных, но всё же усилиях - лет за пять-десять.
А вот при при организованном противодействии или бездействии - нельзя решить в принципе.
Но кто противодействует? Никто. Только бездействие в наличии...
По усилиям и результат - прозябание и деградация.
Что взбодрит Россию?
Орден " За службу Родине в ВС СССР" III

(no subject)

         В Нью-Йорке очень боятся отставки Медведева
                              В Нью-Йорке очень боятся отставки Медведева
           2 августа закон США о новых антироссийских санкциях прокомментировал премьер-министр России Дмитрий Медведев. По его словам, он ставит крест на надежде на улучшение отношений между Москвой и Вашингтоном и свидетельствует о начале полноценной торговой войны против России. По его словам, «надежде на улучшение наших отношений с новой американской администрацией — конец».
        «Администрация Трампа продемонстрировала полное бессилие, самым унизительным образом передав исполнительные полномочия Конгрессу. Премьер-министр уверен, что отношения между РФ и США будут крайне напряженными вне зависимости от состава Конгресса или личности президента, а санкционный режим будет сохраняться десятилетиями, если не произойдет «какое-то чудо» — написал российский премьер в своем Facebook
        Жаль, что господин Медведев, очевидно, не читал трудов по основам геополитики, хотя был не только премьером, но даже президентом, не прислушивался к мнению специалистов по геополитике и геоэкономике, которые говорили о вечной вражде со стороны США, в целом англосаксонского мира к России. Это отношение заложено в законе, выведенном Хэлфордом Маккиндером, Альфредом Мэхэном и другими, в основе которого лежит вечное противостояние центров морской и континентальной цивилизаций. Это закон фундаментального дуализма — главный закон геополитики. Суть здесь кроется не в том, что одни хорошие, вторые плохие, а в том, что континентальные народы живут продуктом своего труда, а морские народы, англосакские прежде всего, сформировались как цивилизация, живущая способом добычи. Её представитель идёт добывать сначала моллюсков и рыбу, затем острова, затем колонии. И взгляд англосаксов на Россию — это взгляд как на добычу. «Континентальная стратегия анаконды» адмирала Мэхэна формулирует, что тот, кто контролирует Россию, тот контролирует Евразию, кто контролирует Евразию, контролирует судьбы всего мира. То есть центр мирового господства заложен именно в России. Наша страна интересна противникам и как территориальная основа планеты, и как иной смысл жизни, и как объект добычи для англосаксонского мира. В этом глубинные причины происходящего, а не в идеологии, модели экономики и так далее. Такие идеи реализовывались США и Британией всю историю наших отношений, начиная со второй половины XIX столетия. Американцы признают Россию и разговаривают на равных (не отменяя свои подлые тайные стратегии) только тогда, когда Россия равносильна США. Другого быть не может. Когда мы слабые, мы — объект их добычи. И фраза Бжезинского: «Россия — это приз победителю в Холодной войне» подтверждает, что США издавна рассматривали нас как собственность.
    Почему сейчас американцы ужесточили риторику и санкции? Потому что Россия выходит из подчинения. Мы до последних лет безропотно подчинялись — и в кадровых вопросах, и в экономике, и в идеологии. Хоть её, идеологии, нет, государственная идеология не предусмотрена или даже запрещена Конституцией, но либеральная идеология по факту насаждалась, она присутствует повсеместно, пронизывая все ветви власти. Пока мы всё это безропотно терпели, они даже наших президентов поощрительно хлопали по плечу. Сегодня на Западе видят, что Россия, во-первых, разворачивается в сторону Востока, поскольку наступает эра Востока и эра затухания Запада. Во-вторых, пытается изобразить что-то самостоятельное во внешней политике. Поэтому сегодня и происходит то, что происходит.
    Теперь Медведев, любитель «перезагрузки», прозрел и воскликнул: «Надежде на улучшение наших отношений с новой американской администрацией — конец… России объявлена полноценная торговая война… Санкционный режим кодифицирован и будет сохраняться десятилетиями, если не произойдет какое-то чудо». Но Медведев и не только он обязаны были знать всё это и соответственно планировать упреждающие действия российской власти. Это вина правителей, что они, с одной стороны, вроде осуждают американцев, разгадывают их маневры, но, с другой стороны, следуют привычным либеральным курсом, а не курсом планово-стратегического развития страны. Хотелось бы, чтобы за словами, за этими выводами (которые написали Медведеву умные люди или он сам до этого дошёл), последовали конкретные действия, а не бегание с шапкой по кругу за подачками в виде инвестиций.
      О каких же мерах говорит сам Медведев? Цитата из Дмитрия Анатольевича: «Что это означает для нас? Мы спокойно продолжим работу по развитию экономики и социальной сферы, будем заниматься замещением импорта, решать важнейшие государственные задачи, рассчитывая, прежде всего, на себя. Мы научились это делать за последние годы». И в резюме коронная медведевская фразочка в стиле «Денег нет, но вы держитесь» всё-таки прозвучала: «Санкции бессмысленны. Мы справимся». Возникает вопрос: действительно ли мы научились за последние годы что-то делать, или здесь Медведев выдаёт желаемое за действительное и на самом деле нам только предстоит ещё учиться всему тому, что он сказал, если мы хотим выжить?
      Я сошлюсь на выступление премьер-министра правительства России Михаила Фрадкова от 2005 года. Он тоже говорил примерно то же самое, что говорит сегодня Медведев, призывает к развитию, делает вывод, что, если мы не научимся новым моделям экономики, не перейдём на новые технологии, то будем в рваной фуфайке качать нефть и газ для иностранных компаний и отстанем навсегда. А теперь заглянем в декабрьское 2016 года послание президента Федеральному собранию. Говорит то же самое, добавляет только слово «цифровая» к «экономика», опять призывы «нам нужно переходить». То есть за 11 лет с момента выступления Фрадкова и до послания президента практически ничего в экономике сделано не было. Не построены даже газоперерабатывающие комплексы, те мощнейшие комплексы, которые Иран создал в период санкций и теперь не просто продаёт газ за рубеж, а продаёт его в виде полимерных материалов. Мы этого не научились делать. Мы не построили новые нефтеперерабатывающие комплексы, чтобы действительно не сырую нефть гнать за рубеж, а высокотехнологические масла и другие жидкости. У нас, если где-то обозначается прорыв (как в авиационной промышленности), то это не системный прорыв. Заявили «Суперджет-100», собрали на 85% из узлов и агрегатов Аэрбаса и Боинга, выдаём за свой самолёт, гордимся, что подписываем контракты, но авиастроение как система гибнет. Сегодня деградируют практически все отрасли народного хозяйства. Мы не переходим на высокие технологии.
      Поэтому господину Медведеву надо бы подавать в отставку с покаянием и уходить. Дать возможность раскрутить нашу промышленность на уже современных моделях тем, кто способен это делать. Медведев и его правительство не способны. Они полностью доказали свою беспомощность, они успешны только в набивании собственных карманов и в разорении народа. Правительство для наполнении бюджета не развивает экономически эффективные модели производства, а всё больше и больше перекладывает фискальные и любые программы на плечи простого человека. Возьмите любую сферу жизнеобеспечения — и коммуналка, и вода, и газ — всё дорожает. Вот чему научился Медведев со своим правительством — давить на население страны, перекладывать деньги из народных карманов в свои. У Медведева нет ни стратегической программы развития страны, ни даже технологии развития отдельных отраслей.
      Понятно, что американцы боятся не Медведева, Силуанова и Набиуллину — это их, так сказать, служащие. Субъективно, может быть, это не так, но объективно — несомненно так. Не думаю, что они боятся и Путина, потому что все семнадцать лет президентства и премьерства Владимира Владимировича в целом тоже соответствовали положениям Вашингтонского консенсуса. Но они боятся русского духа, где, как в яйце, заложено будущее развитие и величие Руси. Сейчас я нахожусь в Крыму, в Партените. Это место с древними преданиями и археологическими находками первых веков христианства. Но и в античное время там действовали тавроскифы, бивали вояк тогдашнего Запада. Вот их боятся — наших древних христианских подвижников и дохристианских ратников. Если вы подниметесь от Партенита и немножко продвинетесь на запад, будет посёлок Гаспра, где жили Лев Толстой и Максим Горький. Их русофобы тоже боятся. Если вы двинетесь на восток, то попадёте в Коктебель, где жил Максимилиан Волошин, один из творцов величайшей литературы XX века — русской. Рядом, в Старом Крыму и в Феодосии, жил Александр Грин, опасный для «цивилизаторов» воспеванием мечты и мастерской издёвкой над богачами. В Коктебеле на горе Клементьева начинал свою великую деятельность отец нашей космонавтики Сергей Королёв. В Крыму хорошо видно величие русского гения, так как сконцентрировано на небольшой территории. Именно этого гения и боятся. И все дальнейшие усилия тех же США, как авангарда Запада, будут направлены на подавление нашего научного, художественного и прочего гения. Боятся русского космизма, русского устремления, мощного рывка, который совершается тогда, когда выдвигается такая идея развития, ради чего стоит развиваться. Нам нужно знать, ради чего жить — перестроить мир, как это было в годы социализма, первыми достичь космических высот. Совершить нечто такое, что интересно, важно и полезно для всего человечества. Указать даже направление развития человечества. Вот этот наш русский размах, конечно, вызывает тревогу на Западе.
      Я помню 1999 год и встречу с только что ушедшим с поста министра обороны США Уильямом Перри. Я его упрекнул: «Вы не рационалисты, хотя вас так называют. Россия сегодня слаба. А вы движете НАТО к нашим границам, запускаете программу высокоточного оружия. Что это означает? Ведь вы понимаете, что Россия сейчас вам не соперник». И он вдруг сказал такую фразу: «Я не считаю себя лучшим знатоком советской истории, я просто всю научную жизнь этим занимаюсь, но и у меня есть чёрные дыры в вашей истории. Мне непонятен период с 1921-го по 1941 год. Ваша страна совершила такой рывок, как ни один народ в истории человечества». Вот чего они боятся.
      И, конечно, сегодня на тактическом уровне в среднесрочной перспективе в Вашингтоне и особенно в Нью-Йорке очень боятся, что господин Медведев будет свергнут со своего поста. Что Путина также подвинут, и придут люди действительно с русским космизмом в душе. Поэтому я не исключаю, что статья Медведева была писана или инициирована именно из США, чтобы он ещё долгое время оставался председателем правительства, гробил страну и обслуживал со своими корешами интересы США.
      Если суммировать, в статье Медведева есть посыл для внутреннего пользования: «Америка назвала нас врагом, мы всё это видим, мы всё понимаем, мы глаз не закрываем, мы будем действовать». А для внешнего пользования ключевая фраза: «Мы спокойно продолжим работу по развитию (читай: деградации — Л. И.) экономики и социальной сферы». Эти слова выдают уже страх Медведева и ему подобных перед любыми реальными изменениями. Будьте, господа за океаном, спокойны. Будем говорить резкие слова, но действовать будем так, как вам выгодно, так, как вам угодно.
                                                                                                                                                                         Леонид Ивашов
https://aurora.network/articles/153-geopolitika/60809-v-n-ju-yorke-ochen-bojatsja-otstavki-medvedeva